_Король_Гоблинов_
Мазохизм — извращение, которое заключается в причинении боли себе, хотя для этого гораздо лучше подходят другие.(с)
Автор: Король Гоблинов
Бета: нет
Фэндом: Петросян Мариам «Дом, в котором…»
Рейтинг: G
Жанры: Джен, Фэнтези
Размер: Драббл, 2 страницы
Статус: закончен
Описание:Ходоки уходят целиком.
Посвящение:
книге и ее автору.
Публикация на других ресурсах:
Запрещена. При каких-либо чрезвычайный обстоятельствах смогу уступить.



Ходоки уходят целиком.



Это была дорога, по обеим сторонам которой находился лес. На самом ее краю встречались овраги, небольшие зеркальные болота и кусты. Сворачивать куда-то или уходить было не желательно. За нарушение бралась плата, осилить которую не всякий мог по тем или иным обстоятельствам. Дорога была асфальтирована, но так или иначе по пути встречались неровности и извилистые трещинки. В конце дороги была развилка. «На развилке оказалась автобусная остановка, а при ней крохотный магазинчик с двумя столиками, превращавшими его в подобие кафе».


В городе под названием Чернолес, было не так хорошо, как казалось на первый взгляд. Это был пустой, бесполезный город. Заработать здесь было так же трудно, как и подобраться к волшебному старику, жившему неизвестно где. Старик жил везде и дарил подарки. Но прежде всего это «везде» надо было найти. «Иногда он окружен садом, иногда стоит в чистом поле, иногда на берегу реки, и выглядит по-разному, лишь изредка повторяя прежний облик. Бывает и так, что никакого домика нет, а старичок ютится в одной комнатушке многоквартирного дома. Бывало и так, что для жилья он выбирал дупло подгнившего дерева». Обычно тем, кто смог найти «везде» старик дарил подарки. Старик дарить не любил и, дабы отгородиться от наружности, ставил всякие ловушки и обманки. И все же... Все, нашедшие его, просили шестеренки от разбитых часов. Некоторым старик дарил перо цапли. Эти некоторые считались везучими. Но совсем недавно старик исчез.


В Клоповнике жила девушка, мечтающая отсюда уйти. "В овчинном жилете, цветастой юбке и в дурацкой широкополой шляпе она выглядела, как собственная бабушка, но ей и нужно было выглядеть кем-то другим". Ей на столько приелся Клоповник и город, в котором он находился, что, куда идти, ей было все равно. Лишь бы поскорее исчезнуть из этого места. Ее желание покинуть Клоповник было настолько велико, что никакие преграды, даже ее неказистое отражение не могли ей помешать. Она искала проводника, чтобы попасть туда. Проводника, особенно добровольца, найти было трудно. Но однажды, идя по улице она его нашла. Он, со своими светлыми волосами, нечеловеческими, василькового цвета глазами, был похож на эльфа. Он стоял под палщим солнцем и рубил дрова. Эльф, закончив свою работу, поспешил удалиться. "«Вот он — проводник», — подумала она. И незаметно пошла следом, чтобы не потерять его из виду". Сердце старухи дрогнуло.


В кафе зашел ангел и сел у ближайшего столика. К нему быстро подошла полная женщина и поставила на стол треснутую чашку с каким-то непонытным серо-зеленым напитком. Весь вид Ангела выражал скорбь и мучение. Крылья его были ощипаны и перестали походить на свой первозданный облик. От них остался только каркас с редкими неопознанного цвета перьями. Ребра были так обтянуты кожей, которая, казалось, сейчас порвется. На шее у ангела был затертый след от ошейника. Но замок, удерживающий раньше ремешок на предназначенном ему месте, давно сломалась, и теперь ошейник все время был у ангела в руке. Существо, именуемое неким божественным, было измученное и уставшее, но широко распахнутые, небывалой красоты глаза блестели счастьем. Все тело ангела было исписано шрамчиками и царапинами, которые по виду уже заживали. Ангел прикрыл глаза и отпил из чашки жидкость.


Лес встречал Его всегда тихим шепотом и посвистыванием. Топотом и приглушенным гулом. Лес раскрывал перед ним свои объятия и пускал внутрь. Всякий, входящий сюда, непременно терялся среди однообразный деревьев, кустов и травинок, и вскоре, не найдя дороги домой умирал. Лес не любил чужаков и всячески пытался их запутать. Но не Он. Его лес принял. Он шел, неторопливо ступая по влажной земле и принюхиваясь. Запахи и различные тайны открывал перед Ним лес. Все перед Ним было как на ладони. Он теперь спокойно мог бродить по извилистым тропинкам, не боясь сгинуть в самой глубине лесного сердца, не страшась затонуть в ближайшем болоте. Приложив ладонь на неровную поверхность дерева, Он чувствовал, как под толщей коры, течет жизнь. Теперь Он был частью леса, Он сам стал лесом. Лес пустил Его в свое хранилище. Он принюхался еще раз и потрусил дальше, по только ему ведомому пути.


Серое бесцветное здание вскоре снесли, но духи этого места, на век будут сторожить опавшие осколки Дома. Спящие, вечные сторожилы этого места, хранят тайну, помнят долговременные ночи, смерть Помпея, убитого слепым вожаком, жадного и глумливого шакала, ненавидящего часы, гаммельнского Крысолова, ведущего за собой детей, белого дракона с лилиями, покрывающими все его тело, и огромным камнем в отверстии, где должен был быть глаз, крысу с его ангельским взором, папу Птицу с его перстнями – помнить будут все и всех, потому что эти "все" были когда-то частью Дома. Хранителями стали все бесследно исчезнувшие на утро после ночи сказок: Лорд, Рыжая, Стервятник, Рыжий, Македонский, Табаки, Слепой. Они ушли из этого мира и стали Спящими. Спящие опасны. Они последователи Дома. Только им ведомо, кого принимать, а кого нет.

@темы: мое творчество